Психологическое развитие ребенка в 2-3 года

Этот период развития в отношении материнских функций можно так сказать рассматривать как целостный. Все знают то, что его особенностью является включение в отношения ребенка с миром ограничений со стороны взрослых. Все знают то, что этот момент в психоаналитических теориях, в конце концов, оценивается как «насилие» мира взрослых по отношению к уже имеющимся у ребенка способам удовлетворения потребностей и так сказать служит, как большая часть из нас постоянно говорит, основой развития, как мы выражаемся, личностных конфликтов и как бы защитных механизмов. Надо сказать то, что в, как все знают, отечественной психологии роль, как всем известно, взрослого оценивается как, как заведено выражаться, положительная на основе его включенности в ситуативно-деловое общение с ребенком. Всем известно о том, что продолжается период как бы совместно-разделенной деятельности. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что ребенок вырастает из нее к трем годам, присваивая себе способность постановки цели и право, вообщем то, выбирать способы ее достижения (кризис трех, мягко говоря, лет). Все давно знают то, что это происходит в процессе развития, как заведено, сенсомоторного интеллекта и игровой деятельности. Очень хочется подчеркнуть то, что раннее включение речи в развитие интеллектуальных структур, как и в случае с включением, как люди привыкли выражаться, взрослого в целедейственное звено структуры деятельности, качественно наконец-то отличает этот процесс от развития структуры деятельности на предыдущем филогенетическом уровне.

Развитие, как мы привыкли говорить, эмоционального благополучия также приобретает характер образования, как большая часть из нас постоянно говорит, конкретно-культурного варианта этой структуры и ее индивидуальных особенностей. Мало кто знает то, что в течение, как заведено, второго года жизни поведение привязанности так сказать стабилизируется, приобретая к третьему году характер, как мы выражаемся, устойчивой личностной структуры. Все знают то, что к концу третьего года, мягко говоря, возникает не менее, как заведено, устойчивая структура мотивации достижений. В совокупности они представляют, как большая часть из нас постоянно говорит, собой индивидуальное содержание эмоционального благополучия ребенка как переживания себя в мире и своей активности во взаимодействии с ним. Исследования, как многие выражаются, эмоционального благополучия у детей, как заведено, дошкольного возраста, стало быть, показывают, что к концу раннего возраста оно является, как мы с вами постоянно говорим, стабильной, как многие думают, структурой и, вообщем то, коррелирует с типом, как все знают, материнского отношения. Необходимо отметить то, что развитие поведения детей в условиях материнской депривации также свидетельствует о том, что третий год является завершающим в развитии, как мы с вами постоянно говорим, базового отношения ребенка к миру. Мало кто знает то, что все это позволяет, мягко говоря, ограничиться в анализе материнских функций концом раннего возраста.

На втором и третьем годах жизни функции матери состоят в, как все говорят, эмоциональной включенности в предметную и, как многие думают, игровую деятельность ребенка, обеспечении поддержки в отношениях с миром, а также предоставлении самостоятельности ребенку. Несомненно, стоит упомянуть то, что совмещение обеспечения безопасности и предоставления самостоятельности обеспечивает успешное прохождение фазы сепарации (психоанализ), формирование адекватной, как заведено, культурной модели качества привязанности (теория привязанности), обеспечение успешного развития регулирующей функции эмоций , формирование адекватной самооценки (теории личности) и мотивации на успех (теория мотивации достижений).